Всем отличного лета и благодушного настроения, пусть оно пройдет весело и позитивно. Не забывайте про перечень квестов, в которых ваши персонажи принимают участие, а в соседней вкладке «квесты» всегда можно узнать об активных играх на нашем форуме. К тому уже помните, что кристаллы всегда можно заработать с помощью рекламы нашего проекта, тем самым привлекая новых игроков!
Небольшие новости из жизни нашего форума! Надеемся, у Вас всё хорошо и первые месяцы 2019 года станут отличным началом для плодотворного игрового периода, а мы кратко пройдемся по последним событиям. Пожалуйста, загляните в раздел Объявлений, ко всему сказанному добавлю, что мы немного изменили мелкие детали дизайна, так что не пугайтесь. На рпг-топе все желающие могут оставлять положительные комментарии к нашему форуму, это, несомненно, поможет в его продвижении. В разделе «акции игроков» содержатся советы, как быстрее отыскать игрока на заявленную роль.
Пусть наступивший год кабанчика наполнит Ваше вечно длящееся настоящее чудесными открытиями, бодростью и желанием совершенствоваться, радуетесь жизни во всех её ипостасях: реальной и игровой! Не забывайте заглядывать в объявления, там отражается довольно много важных (и не очень) событий нашего форума!
Вот и настал тот момент, когда нашему проекту исполнилось три года. Дата для ФРПГ не маленькая, хотя и древним проектом нас пока еще не назвать. За спиной приличный багаж из отыгранного, а впереди маячит множество потенциальных сюжетов. В честь сего знаменательного события был проведен конкурс «Титулование», в котором, по итогам голосования, удостоились титулов за участие в отыгрышах тридцать один персонаж. Всем прекрасного настроения!
Масштабная реконструкция форума завершена. Она включала в себя создание каталога npc, изменения правил бронирования изображений и создания акций, объявлен постоянный набор модераторов, произошла чистка проекта от анкет и эпизодов, полностью переделан перечень персонажей и завершающим этапом стало маленькое добавление в правила стиля игры, а именно – ПвЕ, т.е. «игрок против окружающего мира», что сразу повлекло за собой перераспределение уровней могущества, если у кого-то возникли вопросы, просьба обращаться в связь с АМС.
За последнее время у нас произошло много нового и интересного. Вся информация о хроносах и магии времени была добавлена в игру, а мы все также медленно, но уверенно, двигаемся к окончанию сюжетной арки. Небольшие изменения коснулись правил, раздела «базовые роли проекта», частично были подредактированы локации и FAQ, введен перечень важных NPC.

Подразумевается свободное вступление любых персонажей: выберите эпизод, сообщите о своем вступлении в тему «вызов мастера игры», или в оргтему, или в тему «поиск соигрока».


Божественная комедия
Воронка хроновора
Схаласдеронские каникулы
Неосфера
Гильдия Вен Риер
Добавить свой




Точка, мерцавшая на карте, расползлась в кровавую кляксу, подпрыгнула в воздухе, меняя очертания, преобразуясь в нечто, подобное тонкой режущей кромке, и полетело к горлу брата, норовя его обезглавить, главного мага обила молочная лента...
В душе древнего боролись два исключающих друг друга желания. Первое – чтоб это реально тут случайно кто то проходил, пролетал. И только стоит указать нужное направление, а деос это с радостью сделает и даже подробно объяснит куда идти и главное как...
Эновея слегка кашлянула, когда местная дамочка решила по дружески чмокнуть ее в щеку. Да, антик не кидалась на всех без разбору, не убивала всех направо и налево. Но это не значит что этого в ее жизнь раньше не было. Антиквэрумы не...


      
      

Граф, не оборачиваясь, кивнул. Со стороны это выглядело так. будто он ответил сам себе на какой-то внутренний вопрос, игнорируя рассказ князя, тем не менее, каждое слово было услышано. – Вот как? Разрушение и удержание, я же правильно Вас понял? – «Интересно. Запах крови отчетлив...

Сердце цитадели умиротворённо и спокойно мерцало, а внутри него покоилось тело Хранителя. На руке её медленно и методично покачивалась цепочка с гравировкой. Глаза же девушки были закрыты. Будь тут кто-то ещё, ему бы показалось, будто она спит, спит уже очень давно. Сон вынужденный...

– Я этого откровенно не понимаю! – еще на пару нот звонче и инсект кричал бы на сидящего в кресле морщинистого старика, впрочем, позволить себе подобного отношения к Агваресу старшему молодой Санти не посмел бы, и дело тут совершенно не в почтенном возрасте первого...







Gates of FATEВселенная магии и приключений ждет тебя!Hogwarts and the Game with the Death=
ВЕДЬМАК: Тень ПредназначенияРейнс: Новая империя. Политика, войны, загадки прошлогоCode Geass
АйлейСайрон: Осколки всевластия
Dragon Age: Dragon Age: A Wonderful WorldDragon Age: final accord, Тедас 9:47 ВДFables of Ainhoa
Game of Thrones. Win or DieПарящие островки и небесные киты!Dark Tale ONCE UPON A TIME ❖ BALLAD OF SHADOWS



LYLФлудилка RPGTOP
Рейтинг форумов Forum-top.ru
Добро пожаловать на авторский проект «ФРПГ Энтерос». Основные жанровые направления: фэнтези, приключения, фантастика, экшен. Система игры: эпизоды. Контент форума предназначен для игроков, достигших восемнадцати лет.

Энтерос

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Энтерос » Былые повествования и приключения » Смертоносное совершенство


Смертоносное совершенство

Сообщений 1 страница 17 из 17

1

Локация и Датаhttp://forumfiles.ru/files/0015/14/a0/87162.pngКлимбах, город/материк Мэллимо, море Вардер и его окрестности. 3002 год, день и далее вечер. События эпизода происходят примерно за полтора - два месяца до событий, разворачивающихся в эпизоде «Схаласдеронские каникулы, часть 2. Обрести себя»


Участникиhttp://forumfiles.ru/files/0015/14/a0/87162.pngШейр Силвер Локхони, Айне, НПС по необходимости


Дополнительноhttp://forumfiles.ru/files/0015/14/a0/87162.png Эпизод является игрой в мире Энтероса и закрыт для вступления любых других персонажей.
При необходимости мастеринг возьмем на себя.
Боевая система договорная.

http://sg.uploads.ru/9tvBy.png
http://ifotohost.com/pic/420/h6vh1p.jpg
http://sg.uploads.ru/9tvBy.png

Описание


Любопытство - величайшая добродетель или же проклятье – это с какой стороны посмотреть, -  которой наделено каждое смертное существо, живущее в Энтеросе. И Первородный антикверум наделен оной в полной мере. Шейр Силвер Локхони не был бы самим собой, если бы не попытался соединить в одно целое свойства кристалла Арейра,  относящегося к виду β-кристаллов, - «кристалла Хаоса», -  со свойствами радиоактивных кристаллов планеты Климбах. Любопытство и желание получить кристалл с новыми свойствами приводит его на Климбах, к морю Вардер, где находился один из хорошо известных радиоактивных кристаллов Мертвой планеты - Фиринис. Подстегиваемый исследовательским зудом и так некстати проснувшимся любопытством Древний собирался добыть осколок кристалла, дабы удовлетворить свой научный интерес, ну и заодно попытаться получить в результате исследований нечто совершенно новое.
Только вот не только  антик был таким умным и предприимчивым. Кое-кому так же приглянулся кристалл Фиринис.
Итак…
Что может произойти, если антик и климбат окажутся в одном месте, в одно время, да еще положив глаз на одну и ту же вещицу?
Скоро узнаем

Отредактировано Шейр Локхони (19.11.2018 15:05:13)

+1

2

Ну и кто после этого скажет, что для правительницы я недостаточно безумна? – сонно пробормотала Айне, с явной неохотой открывая глаза и тут же щурясь от яркого дневного света.
Перелет из одной части материка в другую отнял больше сил, чем могли предполагать климбатка и вживленный в ее энергетическую паутину трансдент. Поэтому пробудившаяся не сильно удивилась, обнаружив себя на ветке пропитанного радиацией дерева, с вершины которого открывался вид на протяженное внутреннее море. Оперившись об испещренный трещинами ствол, девочка внимательно осмотрела окрестности, мысленно восстанавливая события минувшего дня. «Свернула шеи предателям-трусам. Возвращаясь домой, встретила презренного садовода-отшельника. Не поладила с ним – сочла речи возмутительными. Не прикончила. Глупая ошибка-роскошь. Путешествовала холодную-безлунную ночь. Утром уснула, не обезопасив лагерь, не разведя костер», – скорбилус мгновенно отрепетировала на думы своей носительницы, то и из искреннего желания помочь, то ли поставить в упрек «непозволительную легкомысленность», которой, по ее мнению, Айне начала страдать после близкого знакомства с другим сородичем-климбатом.
Иначе говоря, обыкновенный уик-энд, – понимающе кивнула Демон, приглаживая перья на одном из черных перьевых крыльев. Похоже, вчера она была настолько утомлена путешествием, что забыла «втянуть» лишние конечность. – Пойду добуду нам завтрак… или уже обед? Не знаешь, Сату?
«Двуногий обед-ужин», – пять секунд спустя, голос в голове девочки заговорил вновь, оповестив ее о своих желаниях пусть и односложно, но более чем понятно.
Нет. Возможно, память тебя подводит, дорогая, но наш статус изменился лет этак пятьсот назад. Мне не хотелось бы ссорится с местным правителем. Два сверхсильных ублюдка, которые пытаются сожрать тебя заживо – многовато для одного оборота Климбаха вокруг Сангунума... Хотя если кто-то сам нарвется, я не против устроить внеплановую трапезы. Если успеем унести ноги.
Зевнув, Айне расправила крылья и сиганула вниз, но, не успев камнем удариться об землю, взмыла вверх, проносясь над самой кромкой воды, казавшейся насыщенно синей в лучах пурпурного солнца. Свободный полет привел ее в чувство, а когда пейзаж показался ей во всей своей головокружительной красоте, она едва удержалась от того, чтобы присвистнуть. «Мать моя мегаструм, это же Фиринис! – восторженно подумала Айне, замечая вдалеке силуэт титанического кристалла. – Сверкает как десять веков назад. Почему ты не сказала, что мы так близко к старичку, Сату?». Минуту назад она считала, что единственное необходимое для нее – найти нечто съестное и скорее отправляться к побережью моря Кландаун. Но, увидев легендарный кристалл воочию, пусть и из далека, климбатка поняла, что не может упустить шанс навестить живую реликвию мертвого мира. А потому вместо того, чтобы повернуть назад, подхватила подходящий воздушный поток, резко набирая высоту. Кто знает, когда ей случится еще раз коснуться ладонью пульсирующего радиоактивным жаром чуда природы?
Встречи с обитателями континента Айне не сильно опасалась. Во-первых, потому что назубок знала каждый подпункт неписанных климбатских законов и выглядела неприметно – обыкновенная походная одежда, пусть и не без парочки явно магических украшений, вроде медальона на шее и алого плаща с изорванными краями за спиной – скорее один из сотен, если не тысяч путников «дикой планеты», чем странствующая правительница. Во-вторых, потому что могла постоять за себя, унеся с собой не только собственные ноги, но и, весьма вероятно, части тела соперников. На Климбахе битва, постепенно перетекающая в банкет, скорее вариация норма, нежели исключение из правил. И, наконец, в-третьих, потому что совершенно не желала заводить знакомства после того недопонимания, возникшего между ней и жителем пятой зоны прошлой ночью.
Но, почувствовав странные колебания магического поля поблизости, девочка изменила себе. Столь необычный способ работы с энергией, столь тонкий мало напоминал на те, что практикуют на Мэллимо и всех прочих континентах этого мира климбаты и планетарные духи. «Улики» недавнего происшествия открылись Демону лишь на мгновение, но этого многоводия оказалось достаточно, чтобы зажечь в ее однажды остановившимся сердце подлинное любопытство.
Раз, два, три, четыре, пять. Я иду тебя искать, – улыбнулась Айне, накидывая на голову капюшон плаща-невидимки. Да, яркую ауру владелицы он не скроет, особенно для того, кто проводит столь искусные манипуляции с магией, но упускать хоть какое-то преимущество перед неведомым оппонентом правительница девятой зоны не собиралась.
Следы вели ее все ближе к проросшему через тектонические плиты кристаллу. Мотивы климбатки не содержали в себе ничего криминального даже по меркам миров Коалиции – всего лишь посмотреть на того, кто использует столь необычные энергетические преобразования. Перебирая все мыслимые и не мыслимые догадки, она искренне радовалась тому, что судьба подкинула интереснейшую коллизию, во время тщательного изучения которой даже не придется проливать кровь. А даже если придется, на этот раз Айне будет готова к этому лучше, чем в предыдущий раз.

Отредактировано Айне (15.12.2018 15:23:12)

+1

3

Кристалл  поражал своими размерами. Своим ослепительным великолепием. Своим совершенством. Переливающийся мягким, фиолетово-сиреневым светом, он вырастал из ядовитых, пропитанных радиацией морских вод. Казалось, кристалл  рассыпал вокруг себя сотни, тысячи убийственно-колючих искр.
Смертоносное совершенство.
Изысканное.
Зловещее.
Притягательное.
Фиринис возвышался над морской пучиной, овеваемый потоками влажных ветров мертвой планеты.  Невидимые руки оглаживали глянцевые бока, придавая кристаллу новую форму, медленно, кропотливо, но неумолимо изменяя его.
Это напоминало изысканный танец. Столь же древний, как и сама жизнь.
Любовь.
Крепкая, завораживающая.
Совершенная.
Опасная.
Антик лег на крыло, делая  плавный разворот и постепенно приближаясь к кристаллу. Огромные крылья лениво вспарывали  пропитанный соленой влагой воздух, окутывавший  древнего хищника тягучим маревом. Ветер скользил по гибкому, поджарому, закованному в прочную кардониевую чешую, телу антикверума лаская его словно долгожданного любовника. Легкие пылали всякий раз, когда древний делал вдох, наполняя их ядовитым, пропитанным радиацией воздухом. Обжигающий яд растекался по жилам, опаляя нервные окончания и заставляя магическую паутину  болезненно пульсировать в такт каждому вдоху.
Первородный планировал, приближаясь к кристаллу и  постепенно сужая круги.  Антик чуть шевелил крыльями, ловя нужную струю, дабы скорректировать полет.
Фиринис был так близко ,что можно было рассмотреть даже маленькую трещинку на его шершавых боках, а вместе с ним подходил к концу и путь антикверума. Крылья завибрировали, выгибаясь и гася скорость. Мощные когти вонзились в кристалл, погружаясь в трещины. Гибкие. Длинные хвосты изогнулись, обвивая мелкие друзы, выраставшие из материнского камня, и прочно удерживая древнего на кристалле.
Шейр распластался на фиолетовом камне, прижавшись к шершавой поверхности Фириниса. Антик не шевелился, чутко прислушиваясь к каждому шороху, что приносили порывы морского ветра, продолжавшие теребить черно-красные волосы и оглаживать тонкую перепонку крыльев. Безгубый рот приоткрылся, являя влажно поблескивающие кончики довольно внушительных клыков, носовые щели дернулись, раздуваясь  и отфильтровывая  сотни запахов. Поблизости никого не было, а значит можно было приступать к тому, ради чего, собственно, Локхони и прибыл на Климбах.
Первородный пошевелился, устраивась удобнее. Острые когти царапнули кристалл, с силой вонзаясь в узкие трещины, змеящиеся по его поверхности. Кольца хвостов сжались, плотнее и крепче обвивая мелкие камни и придавая  своему хозяину большую устойчивость.
Шейр находился рядом с небольшой друзой кристаллов, как раз такого размера, какой ему требовался для задуманных исследований.  Тонкая вязь заклинаний, опутала  маленькие кристаллы, накрывая их невидимой сетью. Сосредоточившись, древний принялся аккуратно отделять друзу от материнского камня, тщательнейшим образом контролируя  пентаграмму и не позволяя  кардониевым пикам, созданным Орувереноррой,  разнести «дочку» вдребезги. Ему пришлось постараться, чтобы создать крохотную пентаграмму, но его возможности  позволяли это сделать. Вот очередная пика разбила последнюю «ниточку» связывающую друзу  с материнским кристаллом и  каменный детеныш с резким треском откололся.
«Отлично. Теперь изменим гравитацию, чтобы кристаллы не рухнули в море...»
Миг, и  друза зависал в воздухе перед Локхони, который протянув руку, обхватил ее когтистыми пальцами,  начав медленно поворачивать. Полночные глаза пристально всматривались в фиолетовую поверхность, отмечая малейшие изменения в цвете, узоре и структуре камня. 
Воздух всколыхнулся, изменившись и принеся с собой новые запахи. Шейр замер, вскидывая голову и раздувая ноздри.  Остроконечные уши дернулись, ловя звуки и шорохи. Антик, продолжая удерживать друзу перед собой, настороженно принюхивался, отфильтровывая множество запахов и вычленяя среди них тот, который его насторожил.
Кто-то приближался к Фиринису. А вернее к тому месту, где так удобно устроился первородный.
«Та-а-ак... Кого это Демиург принес ко мне?»
Сосредоточившись, древний начал медленно распускать ментальную сеть, постепенно окутывая  невидимыми щупальцами пространство вокруг себя и выискивая признаки разумного существа.

http://forumfiles.ru/files/0015/14/a0/30822.png
Находится в истинной форме.

Аксессуары

Артефакт Сэберо сделан в виде перстня. Выглядит довольно массивным (впечатление обманчиво), украшен литым узором. Черный камень, вставленный в амулет, обточен в виде кристалла. Руны вплетены в узоры, и кажется почти незаметными.
Маскирует расу от тех, кто может ее ощущать. Эффект может быть самый разнообразный, от полного ее сокрытия до замены на что-то другое. Наложены так называемые «двойные» чары, то есть, заклинание не только меняет расу носителя артефакта, но и маскирует само себя, создавая вокруг артефакта иллюзию обычного украшения.
Артефакт персональный, настроенный только под конкретного владельца. Имеет привязку к владельцу, так что потерять его невозможно. 
Активируется при надевании, дезактивируется при снятии.

Артефакт Тиадэро выглядит как татуировка, нанесенная в  виде пентаграммы. Она располагается между шестым шейным и первым грудным позвонками.  Пентаграмма металлического цвета. Вместо красителя в кожу был внедрен металл и определенными магическими свойствами.
Татуировка служит для  призыва остаточной сущности, образованной из некого подобия отрицательных чувств и массива отрицательных инстинктов погибающих и запечатанных антиквэрумов.
За эпизод можно призвать до двух остаточных сущностей. Срабатывает с учетом броска стогранного кубика.

Отредактировано Шейр Локхони (12.12.2018 21:16:28)

+1

4

Вид цеплявшегося за кристалл ящера стал бы большой неожиданностью для Айне, не почуй она его ауру задолго до того, как неясная темная точка на поверхности Фириниса превратилась в четкий силуэт. Первородный облик, то ли подаренный антиквэруму Демиургом-создателем, то ли скованный его собственной волей, вызвал у нее лишь легкую тревогу. Девочка понимала, что и ее внешность едва ли можно счесть привлекательной по стандартам любой разумной расы: на бледной коже виднеются трещины, когти на руках и ногах великоваты и подозрительно остры, а абсолютно черные белки глаз с маячащим внутри ярко-алым огоньком при всем желании не тянут на ангельские дриммэйрские очи. Поэтому ящер с темной чешуей на фоне пропитанного гамма-излучением моря казался Айне неотъемлемой частью пейзажа. К тому же, к родственникам драконов она питала определенную симпатию.
Пусть и понимала, что существу, древнее, чем все известные ей звезды, ничего не стоит сломать хребет климбатке, нарушившей незримую границу его личностного пространства. Зато теперь она не питала иллюзий насчет его планов: первородный не мог не затевать чего-то грандиозного и зловещего одновременно. Или все же мог? Пожелай Айне высказать эту мысль хотя бы в виде внутреннего диалога, ее скорбилус тотчас же обругала бы «подопечную». Мир жесток, и не стоило рассчитывать на то, что гость всего лишь любуются окрестностями великого кристалла. Если уж на то пошло, то и пытаться встрять в его дела затея крайне сомнительная.
И все было бы так, не обладай Демон двумя чертами. Во-первых, диким любопытством, бережно пронесенным через тысячелетия. Во-вторых, способностью мыслить здраво. Существо подобной силы не может не заметить ее вторжения, как бы сильно оно не было увлечено одному ему известным делом. Да, возможно, если Айне повернет назад прямо сейчас, она сумеет избежать встречи. Но трусливо сбегать в тот самый момент, когда события складываются преинтереснейшим образом, а антиквэрум оказался настолько пунктуальным, что даже не призвал в ее сторону разрушительную пентаграмму, было, по мнению девочки, слишком низко.
Поэтому, когда ее и первородного разделяли каких-то семьдесят метров, Айне замерла в воздухе. «Добро пожаловать на Климбах, оплот комфорта пятизвездочного туризма! Спасибо за то, что воспользовались услугами нашей компании. Уведомляю вас о культурной ценности этого памятника природы. Жители соседних зон могут быть крайне недовольны его осквернением. Но, не волнуйтесь, как раз на этот случай у нас есть чудо-гель. Мегаструмин – защитит от ран, порезов, укусов и лишения жизненно важных органов! Спрашивайте во всех аптеках Климбаха», – ее телепатическое послание звучало несколько фамильярно, зато как нельзя лучше доносило информацию.
О том, что ее сородичи без лишних сантиментов нападут на любого, кто попытается причинить ущерб энергетической структуре кристалла, Айне знала не понаслышке. Особенно те из них, что наделены властью и не без оснований считают один из десяти кусочков Климбаха своей собственностью. Реши антиквэрум использовать брата-близнеца Фириниса – кристалл Драйхэльм, находящийся во владениях Инфирмукса – она целиком и полностью была бы на стороне своего давнего знакомого. Но к правителям соседних зон девочка не питала особых положительных чувств, а заглянувший на огонек первородный был в своем праве – праве сильного. Нападение на него в одиночку было тождественно самоубийству.
«Когда здесь окажутся сильнейшие маги первой, шестой и седьмой, я может быть и попытаю счастья. Только представь, Сату, какой достойной выйдет битва! Убить не убьем, но хотя бы поцарапаем, – предалась мечтам Айне, всматриваясь в далекие очертания. – Или ему хватит мозгов не добавлять себе проблем? Тогда все становится еще интереснее!». Да, гость был силен, вот только гипотетические защитники знали «мертвый мир» куда лучше его и вполне могли если не сбить с ящера спесь, то хотя бы отобрать у него ту часть кристалла, которую он, судя по специфике энергетических колебаний, отделил от Фириниса и намеревался забрать с собой.

Отредактировано Айне (01.12.2018 18:40:33)

+1

5

Друза, так старательно отпиленная от материнского кристалла, парила перед древним, удерживаемая в воздухе гравитационным полем. Сам же Первородный настороженно вслушивался в звенящую тишину. Кончики остроконечных ушей нервно подрагивали, улавливая и отфильтровывая сотни подозрительных шорохов и звуков.  Глаза, в которых плескалась первозданная тьма, скользнули по  мерцающей поверхности Фиринира и устремились в даль, пытаясь рассмотреть то, что столь неосмотрительно приближалось к кристаллу, на котором замер реликтовый хищник. Антик перестраивал зрение, сменяя спектр  столь стремительно, что в глубине его глаз то и дело вспыхивали багровые сполохи, до тех пор ,пока четко не увидел мчавшееся по воздуху существо.
«Великолепно...» - мысленная речь была наполнена сарказмом. - «Кажется ,мне удалось привлечь внимание местных жителей. Ну что же, посмотрим, что они такое и с чем их едят...»
Ментальная сеть, раскинувшаяся на десятки метров вокруг Первородного, дрожала и вибрировала всякий раз, когда невидимые нити задевали живые существа. Но в них не было разума, в отличии от той точки, что так неосмотрительно приближалась к нему. Но вот тончайшие нити  дрогнули, пронзительно зазвенев, завибрировали, посылая своему  хозяину незримый сигнал.
Черные глаза прищурились, безгубый рот антикверума скривился в усмешке.
«Значит, ты разумный. Очень хорошо. Значит, меня решил навестить один из климбатов. Как интересно.»
Локхони прижал уши к черепу и вновь сосредоточил свое внимание на висевших в гравитационном поле кристаллах, продолжая частью сознания фиксировать передвижения незваного гостя. Пока он был далеко и не мог помешать тому, ради чего, собственно, древнее чудовище и прибыло на планету.
- Сигиллум... -  шепот был не громче дуновения ветерка, ласкавшего затянутую в матово-черную чешую поджарую фигуру. - Запечатать.
Печать развернулась, захватывая в свои сети парящий в воздухе кристалл и схлопнулась, надежно укрыв друзу внутри перстня-артефакта на одном из когтистых пальцев аникверума.
- Отлично. Можно возвращаться на корабль.
А потом...
Потом его сознания коснулся чужой голос. Телепатическое послание было дерзким, едким и вопиюще фамильярным. Совершенно никакого уважения к древним сединам!
Безобразие!
«И вам не хворать, уважаемый.» - в тон нахалу отозвался Локхони, выпрямляясь во весь свой немаленький рост. Ослепительно полыхнула диадема, окутывая  багрово-оранжевым пламенем свитые в спираль рога. Огромные крылья развернулись, готовясь подхватить восходящие потоки воздуха, чтобы поднять антикверума в небо.
- «Приятно знать, что хозяева Мертвой планеты рады моему прибытию и даже взяли на себя труд сообщить мне о последствиях моих манипуляций. Какая трогательная забота.»
Древний скользящими прыжками помчался по кристаллу, разворачивая крылья. Резко оттолкнулся мощными лапами, посылая поджарое тело в длинный прыжок веред и вверх. Мощный взмах крыльев, и тонкая перепонка натянулась, поймав восходящий поток.
Взмах. Еще один. И еще.
Затянутое в черную, отливающую металлом чешую гибкое существо стремительно поднималось в небо. Достигнув необходимой высоты Шейр лег на крыло, плавно разворачиваясь и напротив того места, где находился неизвестный климбат.
- «Культурная ценность... Осквернение...» - мысленно фыркнул древний, размеренно взмахивая крыльями и удерживая себя на месте в воздухе. - «Не преувеличивай. Кристаллу не был нанесен ущерб. Новая друза появится на том же месте очень быстро. И тебе это прекрасно известно.»
Шейр усмехнулся, продолжая парить напротив климбата.
- Итак, чем я обвязан чести лицезреть вас, дорогуша? - мягкий шепот слетел с губ древнего. Локхони привычно не повышал голоса, однако он знал, что каждое его слова достигнет  ушей  великовозрастного ребенка. - Вас терзает любопытство? Или же вы хотите стать моим обедом? - он помолчал. - А может ,вы решили закусить мною?
http://forumfiles.ru/files/0015/14/a0/30822.png

Используемые способности

Сигиллум [Энергетическая школа] - мощная запечатывающая печать, используется для «закрытия» как существ, так и важной информации. Если речь идет о запечатывании живых организмов, то можно выбрать, либо печать в пространстве, либо в объекте. Запечатывая существо в пространстве, следует проецировать печать в той точке мира, где будет располагаться пространственная складка, далее спроецировать копию печати на объекте, который следует запечатать. 
Как именно запечататает Сигиллум, зависит от существа и его вкусов: объект можно просто испарить в пространственную закрытую складку, как делается с живыми организмами; объект можно подделать, к примеру, он будет иметь не тот облик или написан будет не тот текст. Использовать за эпизод печать можно лишь один раз, призывается она мысленно или вслух, произносить следует название печати. В диаметре Сигиллум около полутора метров. На полное формирование печати затрачивается около десяти секунд.

http://forumfiles.ru/files/0015/14/a0/30822.png
Находится в истинной форме.

Аксессуары

Артефакт Сэберо сделан в виде перстня. Выглядит довольно массивным (впечатление обманчиво), украшен литым узором. Черный камень, вставленный в амулет, обточен в виде кристалла. Руны вплетены в узоры, и кажется почти незаметными.
Маскирует расу от тех, кто может ее ощущать. Эффект может быть самый разнообразный, от полного ее сокрытия до замены на что-то другое. Наложены так называемые «двойные» чары, то есть, заклинание не только меняет расу носителя артефакта, но и маскирует само себя, создавая вокруг артефакта иллюзию обычного украшения.
Артефакт персональный, настроенный только под конкретного владельца. Имеет привязку к владельцу, так что потерять его невозможно. 
Активируется при надевании, дезактивируется при снятии.

Артефакт Тиадэро выглядит как татуировка, нанесенная в  виде пентаграммы. Она располагается между шестым шейным и первым грудным позвонками.  Пентаграмма металлического цвета. Вместо красителя в кожу был внедрен металл и определенными магическими свойствами.
Татуировка служит для  призыва остаточной сущности, образованной из некого подобия отрицательных чувств и массива отрицательных инстинктов погибающих и запечатанных антиквэрумов.
За эпизод можно призвать до двух остаточных сущностей. Срабатывает с учетом броска стогранного кубика.

Отредактировано Шейр Локхони (17.12.2018 11:45:52)

+1

6

Наконец, загадочный гость соизволил посетить Айне лично. Обрадовавшись подобному повороту событий, Айне поспешила изобразить самое дружелюбное выражение лица, какое только смогла. Острые и, пожалуй, слишком длинные для дриммэйра зубы несколько портили картину, но блеск интереса в алых глазах с лихвой окупал этот дефект.
«Беги-прячься. Если в твоем хрупком-наружном черепе осталась хотя бы капля мозгов», — ее скорбилус, напротив, не испытывала никакой радости от встречи. Девочка не сомневалась, что она была бы счастлива откусить кусочек от ослабевшего антиквэрума, а вот мысль стать пищей самой Сату не прельщала. Впрочем, как и Айне, надеявшуюся на то, что первородный ограничится баталиями словесными. А если не ограничится… Что ж, значит жизнь в цивилизованном внешнем мире, куда он отчаянно намеревался утащить кристалл, еще не окончательно помутнила рассудок незнакомца.
Так ты не собираешься посягать на его энергию? Умно. Когда один из… гостей попытался поиграться с Фиринисом, сюда сбежались обитатели трех зон и парочки соседних. Даже правители в кои-то веки действовали сообща. Нешуточная вышла заварушка. Говорят, вода в море стала розоватой от пролитой крови, — деловито отозвалась Айне, когда прозвучали последние слова антиквэрума. Она не шептала, не лукавила и говорила весьма обстоятельно. Как ученица средней школы, с восторгом описывающая заезжему туристу местную достопримечательность. — Ставлю свой хвост на то, что байка – зато как звучит! А от обеда я бы не отказалась. Знаешь, что еще говорят? Зубы климбата настолько остры, что могут прокусить кардоний.
Она постучала когтем по сахарно-белому клыку, и тут же совершенно по-детски рассмеялась, сводя на нет мнимую угрозу. Некоторое время Демон молча вглядывалась в раскинувшуюся под ней водную гладь. Заметив мелкую рябь, она молниеносно спикировала вниз, с головой уходя под воду. Зрение не подвело девочку: подводный зверь, напоминавший ни то миногу-переростка, ни то пластинчатую змею, грел пузо у самой поверхности Мэллимо. Уловив колебания воды, вызванные вторжением Айне, он широко раскрыл две зубастые пасти на противоположных концах тела.
Климбатка не стала медлить, расчертив руками знакомую ей пентаграмму. Антиквэрум мог видеть вспышку магической энергии за считанные секунду до того, как спокойные воды моря с ревом взорвались небольшим гейзером. Когда стихия утихла, Айне уже была в воздухе, победно держа тушку поджарившегося змея в цепких когтях. На перьях ее крыльев не было влаги – пентаграмма не только прикончила добычу, но и избавила охотника от лишних трудностей.
Ваш изысканный ланч подан, господин. Прошу к столу, — девочка театрально поклонилась, прикрыв глаза для большей убедительности. Открыв их вновь, она внимательно посмотрела на гостя, чуть склонив голову. — Не знаю, каковы вы на вкус, но этот пахнет аппетитнее любого климбата. Разделишь трапезу? Надеюсь, он не смертельно ядовит. Ха, был бы здесь мой знакомец, он бы расписал всех предков этой твари до последнего колена.
Вынудив из-за спины кинжал, она как ни в чем не бывало рассекла зверя напополам, с радостью отмечая, что мясо пропеклось не до конца. Одну из частей Айне бросила антиквэрум, другую собиралась употребить прямо сейчас, не прекращая полета. И все это под панические предостережения скорбилуса, не на секунду не прекращающей транслировать в их общее сознание образы грядущей гибели от рук древнего существа. Сату выражала сомнения в том, что он не пожелает дополнить обед вторым блюдом – запеченным в собственном соку климбатом с нотками вяленого трансдента.
Меня зовут Айне. И голодать я тоже не люблю, — представилась Демон, прежде чем впиться зубами в лишенное костяных пластин брюхо зверя. Подобно многим своим сородичам, она тяготела к мясной диете.
http://forumfiles.ru/files/0015/14/a0/30822.png

Использованные способности

Рантэра [Энергетическая школа, атакующая магия] - пентаграмма атакующего типа, состоит из сотни рун и трех магических кругов, довольно стабильна и не требует большого запаса сил. Рантэра проецируется в нужном месте пространства и создает плотный пучок раскаленной материи, пучок взрывается и атакует врагов ударной волной, сопровождающейся невыносимым жаром. Рантэра не является огненной магией, хоть можно видеть даже языки пламени, поэтому, убить ей огненного духа, к примеру, будет возможно. Это относится ко всем существам, специализирующимся на магии огня, ввиду данного факта, возникает интересный казус, огненного мага, могут найти мертвым, с обуглившейся как от огня кожей. Для призыва пентаграммы надо произнести ее имя и начертить два круга в воздухе, хотя, именно эту структуру гораздо проще призвать мысленно. Использовать за эпизод Рантэру можно три раза, но с каждым новым разом ее мощность уменьшается. Отлично используется в качестве освобождения из магических ловушек, например, если климбата попробуют посадить в водную тюрьму или заковать в лед, то Рантэра просто идеально подходит для освобождения. Формируется пентаграмма за две секунды, поэтому подходит в качестве мгновенной атаки или защиты.

кубики

Отредактировано Айне (19.12.2018 15:27:51)

+1

7

Чуть склонив голову к плечу. Древний наблюдал за девочкой-климбатом. Внеший вид хозяйки Мертвой планеты ничуть не смущал  антикверума, и он благосклонно принял ее попытки казаться дружелюбной и вежливой. Да и блеск алых глаз отчетливо выдавал любопытство крылатого ребенка.
Локхони улыбнулся в ответ, показав кончики длинных клыков и поднял руки, демонстрируя пустые ладони. Первородный не собирался нападать на девчонку первым, но при этом не забывал об осторожности, продолжая чутко следить за ее действиями, при этом внешне никак не показывая своей настороженности.
Ветер трепал длинные черно-алые пряди  распущенных волос, изредка швыряя их в лицо аттику. Шейр лишь встряхивал головой, привычно  отбрасывая их с лица. Диадема шипела и плевалась снопами колючих искр, рассыпая их по волосам и  плечам Локхони.
- Нет, не собираюсь. – покачал головой древний и по его телу вновь рассыпались оранжевые искры.  Огромные крылья качнулись, выравнивая положение древнего в воздухе. – Мне это не нужно. Все, что мне требуется, я уже получил. – он снова усмехнулся. – Меня интересует сам кристалл. Отделяя друзу от материнского камня, я старался не нарушить тока энергии Фириниса. Как ты можешь убедиться, камень не был поврежден.
Остроконечные уши дернулись, прижимаясь к черепу. Чуть дрогнули их узкие кончики.  В непроницаемых глазах вспыхнули багровые угли, отразив алый блеск глаз девочки-климбата.
- Байка, говоришь… -  шепнул он, делая небольшой круг вокруг девчонки и вновь зависая напротив нее. – Возможно. Однако каждая байка основана на реальном событии, которое когда-то произошло. Просто потом оно обросло дополнительными подробностями. Порой это забавляет. Особенно в тех случаях, когда сам был свидетелем или участником изначального события, от которого и родилась в дальнейшем рассказка.
- «Хочешь откусить от меня кусочек и проверить так ли это на самом деле, дорогуша, как говорят?» - мысленная речь древнего, расцветилась смехом.  Улыбка тронула безгубый рот, когда девочка для наглядности постучала когтем по собственным зубам. – «Но я бы не советовал тебе проверять этот слух». 
«Обед… кхм… Как интересно…»
На этот раз  мысли древнего были закрыты от девочки. По всей видимости, девочка хотела наладить контакт, и это становилось интересным. Очень интересным.  Возможно, у нее были какие-то причины для этого, о которых  Первородный не знал. А может, все происходило спонтанно.
Снова качнув крыльями и чуть переместившись, Шейр с нескрываемым любопытством наблюдал за охотой хозяйки Климбаха, которая была быстра, стремительна и столь же красива. Дремавший в нем хищник поднял голову и одобрительно рявкнул, выражая свое восхищение. На мгновение он проступил в бездонных глазах Локхони, ожидая возможности вырваться на свободу.
- Благодарю, - древний чуть склонил голову, ловко перехватывая кусок туши, который бросила ему девочка. Когтистые пальцы вонзились в прожаренное пентаграммой тело. Тонкие ноздри затрепетали, втягивая аромат горелого мяса и запекшейся крови. – Я разделю с тобой трапезу.
«Только если ты не против, я предпочту съесть его на земле. Так удобнее, нежели заниматься обедом в воздухе.»
Поудобнее перехватив тушу, Шейр лег на крыло, разворачиваясь, и одновременно перестраивая зрение. Заприметив небольшой островок неподалеку от Фириниса, антик, сложив крылья, спикировал вниз. Он развернул крылья уже у самой земли, привычно гася ими скорость.  Когтистые лапы коснулись горячего песка, хвосты взметнули маленькие песчаные фонтанчики.
Уронив  миногу на землю, Локхони сложил крылья. Склонившись над тушей, он начал ловко свежевать ее когтями, вгрызаясь в нежное брюхо морского чудища.
- Меня зовут Шейр.

http://forumfiles.ru/files/0015/14/a0/30822.png
Находится в истинной форме.

Аксессуары

Артефакт Сэберо сделан в виде перстня. Выглядит довольно массивным (впечатление обманчиво), украшен литым узором. Черный камень, вставленный в амулет, обточен в виде кристалла. Руны вплетены в узоры, и кажется почти незаметными.
Маскирует расу от тех, кто может ее ощущать. Эффект может быть самый разнообразный, от полного ее сокрытия до замены на что-то другое. Наложены так называемые «двойные» чары, то есть, заклинание не только меняет расу носителя артефакта, но и маскирует само себя, создавая вокруг артефакта иллюзию обычного украшения.
Артефакт персональный, настроенный только под конкретного владельца. Имеет привязку к владельцу, так что потерять его невозможно. 
Активируется при надевании, дезактивируется при снятии.

Артефакт Тиадэро выглядит как татуировка, нанесенная в  виде пентаграммы. Она располагается между шестым шейным и первым грудным позвонками.  Пентаграмма металлического цвета. Вместо красителя в кожу был внедрен металл и определенными магическими свойствами.
Татуировка служит для  призыва остаточной сущности, образованной из некого подобия отрицательных чувств и массива отрицательных инстинктов погибающих и запечатанных антиквэрумов.
За эпизод можно призвать до двух остаточных сущностей. Срабатывает с учетом броска стогранного кубика.

+1

8

Тщательно переживав жилистую плоть, Айне кивнула антиквэруму. Немного понаблюдав за его пируэтами, она последовала за ним, спешно набирая скорость. Гость не ошибся: островок или вернее – песчаная мель, возникшая под действием небольшого отлива, подходил для приема пищи куда лучше воздушных просторов. «Он охотник, — мысленно произнесла климбатка, готовясь услышать очередную порцию язвительных предостережений Сату. — Знает правила и есть меня не собирается. Пока. А когда соберется, я буду готова. Пообедать с первородным… Определенно стоит пары царапин».
Зависнув над насыпью, возвышающейся над кромкой воды в сантиметрах этак двадцати, Айне опустила голову, втягивая в тело части скорбилуса. Когда она опустилась на песок вместе с добычей, перьевые крылья исчезли без следа, а рога и хвост заметно уменьшились. Теперь лицо девочки куда сильнее напоминало лицо настоящего ребенка, но вот его выражение вполне могло вызвать диссонанс у неподготовленных зрителей.
Не Наитемнейший Мастер Шейр, Владыка Древних Ужасов? — без тени иронии спросила Демон, занимая место напротив гостя. Не слишком далекое, чтобы сохранять приватность разговора, но и не слишком близкое. Нарушений границ личного пространства в этот день выдалось многовато, даже по мнению Айне. — Хорошее имя. У нас любят придумывать себе прозвище погротескнее. Всегда хотела знать, зачем. Рассчитывают, что враг на поле боя будет поражен многообразием эпитетов? Или умрет со смеху во время священного поединка? Нет, тот, чье настоящее имя вселяет страх в сердца недоброжелателей, достойнее всех Наитемнейших Магистров. Каким бы оно ни было.
Утолив первый голод, Демон переключила внимание на сидящего перед ней ящера. Немигающим взглядом она следила за хитросплетением рогов в его разделенной на три части короне, наблюдала за тем, как огромное солнце Климбаха бросает блики на эбонитово-черные чешуйки, и, конечно же, не оставила без внимания сам процесс поедания морского зверя. От похрустывания костей у девочки вновь разыгрался аппетит, что заставило ее вернуться к пище. Ела Айне не слишком заботясь о манерах, методично употребляя один кусок за другим. «Два монстра на пикнике, картина маслом. Такое чистюлям из Коалиции и не снилось», — подумала она, чуть улыбнувшись. «Три монстра», — поправила скорбилус, то ли смирившаяся со скорой кончиной, то ли более чем удовлетворенная трапезой.
Может и так. Знаю множество баек. Например, о парне, возомнившим себя гениальным магом, и попытавшимся забрать энергию у великого кристалла на собственные нужды. Бедолага превратился в горстку праха… Постой. Или я была свидетелем этого безумия лично? — девочка провела когтем по собственному виску, оставив небольшой порез, тут затянувшийся у нее на глазах. Как бы она не пыталась сделать вид, что не чувствует груза трех тысячелетий, с каждым веком отличить настоящие воспоминания от иллюзорных становилось все труднее. — А тебе, Шейр, случалось присутствовать при рождении легенд? Или, может быть, основывать их лично?
Она не стала говорить о том, что антиквэрумам во плоти сам по себе тянет на легенду. Айне знала о нем и его сородичах не больше, чем он о ее смертоносной планете с лиловыми небесами, полной агрессивной живности. Даже связь с дриммэйрами, приписываемая первородным, была для нее в высшей мере сомнительна. А даже если так, едва ли Демон считала данный факт относящимся лично к ней. Талантливые маги с тонкими фарфоровыми лицами и длинными волосами были столь же далеки от нее, как и внешний мир со всеми его абсурдными законами, не имеющими ничего общего с ее собственными.
Боюсь, в легендах миров, кроме этого, для таких, как ты, уготована только роль чудовища. Впрочем, как и для меня, — добавила Айне, соскабливая зубами остатки мяса с костной пластины. — Но есть разница. Вы чудовища хитрые и изворотливые. Настоящие злодеи, возможно, даже с собственной правдой. Слушатели таких любят. Мы – неразумное пушечное мясо. «Разум климбата полностью подконтролен скорбилусу»… Так, кажется, они говорили тысячу лет назад.

Отредактировано Айне (07.01.2019 13:04:42)

+1

9

Проглотив очередной кусок,  антик облизал пасть длинным узким языком, собирая капельки крови с мельчайших чешуек. Прижав тушу рукой, он чуть запрокинул голову, проследив за маневрами климбата, приземлившейся  неподалеку на жарком песке.
Теперь Айне стала похожа на обычного ребенка-подростка. Почти. Рога и хвост выдавали ее. А еще взгляд, в котором не было ничего детского. Древний мысленно усмехнулся, чуть склонив голову к плечу.
- Нет. Просто Шейр. -  Локхони пошевелился, изменяя позу. Длинные хвосты изогнулись, чиркнув самыми кончиками по песку и подняв маленькую песчаную бурю. Прижав тушу лапой, он быстрым, отточенным движением полоснул по ней, снимая когтями тонкий слой мяса, который тут же отправил в рот. - Иногда меня называют Создатель Кошмаров. - снова усмешка отразилась в бездонной тьме глаз древнего. - Но это преувеличение. - Он щелкнул челюстями, дробя подвернувшуюся кость. - Врагу нет дела до имен противника. Каким бы оно ни было. Нет времени восхищаться  многоэтажными нагромождениями эпитетов. Тут как бы самому головы не лишиться.
Он умолк, вернувшись к трапезе. Аромат свежей крови и сбегавший по пальцам мясной сок будоражили аппетит, заставляя   затаившегося в глубинах сознания зверя одобрительно рявкать. Тонкие ноздри задрожали, втягивая пропитанный кровью и  морской солью воздух, узкий язык скользнул по челюстям, собирая мелкие крошки мяса, костей и крови.
Рядом сиял Феринис, бросая на водную гладь сиренево-фиолетовые тени и наполняя пространство вокруг флюидами собственной энергии. Антикверум ощущал текущую по каменному телу энергию всем своим существом. Его собственная магическая паутина жарко полыхала в такт невидимым вспышкам, испускаемым кристаллом. Это бодрило, заставляя быстрее бежать кровь по жилам.
- Кхм... создавать легенды... - задумчиво пробормотал древний, подцепив когтем застрявший  между зубов кусочек жилы и сплевывая его на песок. - Видишь ли, я сам по сути легенда.  Антикверумов так мало, что появление новой особи, пробудившейся  после долгого сна, уже само по себе можно считать легендой. Правда, очевидцев сего чуда можно по пальцам одной руки пересчитать и еще свободные останутся. Часто о нем рассказать не кому, по той простой причине, что очевидца попросту съедают.
Перед мысленным взором древнего прошла череда картинок. Давних, далеких, но по прежнему ярких и четких.
Маленькая яхта, качающаяся на бирюзовых волнах. Залитая кровью палуба и обезображенные изломанные трупы людей. Повисший в воздухе страх. И затянутое в чернильную чешую чудовище, сеявшее смерть на маленьком кораблике. Так было.
- Мы и есть чудовища, Айне. - пожал плечами Шейр, отправляя в воду  то, что осталось не съеденным. Морские твари прожорливы и подберут угощение. - Всегда были ими, есть и будем. Этого не изменить никакой цивилизации и никакому закону. Да, мы  сумели приспособиться, чтобы выжить. Натянули маску, чтобы скрыть свою суть. Но дремлющее в глубинах нашего разума чудовище никуда не делось. Оно всего лишь терпеливо ждет своего часа, чтобы вырваться на свободу.
Он переместился. Движение было плавным, текучим и быстрым. Вот только что он сидел поодаль от девочки, а в следующий миг уже находился перед Айне. Когтистые пальцы осторожно обхватили ее подбородок, чуть приподнимая голову.  Живая тьма, в глубине которой мерцали багровые угли, плескалась в глазах реликтового чудовища. Кончик когтя скользнул по губам климбатки, очерчивая контур.
- Ты позволишь... - шепнул  Локхони склонившись к лицу вечного ребенка, - умыть тебя...
Язык выметнулся меж губ древнего, коснувшись  самым кончиком щеки девочки. И вот уже антик стал аккуратно собирать с ее щек, подбородка и губ остатки крови и мяса.

http://forumfiles.ru/files/0015/14/a0/30822.png
Находится в истинной форме.

Аксессуары

Артефакт Сэберо сделан в виде перстня. Выглядит довольно массивным (впечатление обманчиво), украшен литым узором. Черный камень, вставленный в амулет, обточен в виде кристалла. Руны вплетены в узоры, и кажется почти незаметными.
Маскирует расу от тех, кто может ее ощущать. Эффект может быть самый разнообразный, от полного ее сокрытия до замены на что-то другое. Наложены так называемые «двойные» чары, то есть, заклинание не только меняет расу носителя артефакта, но и маскирует само себя, создавая вокруг артефакта иллюзию обычного украшения.
Артефакт персональный, настроенный только под конкретного владельца. Имеет привязку к владельцу, так что потерять его невозможно. 
Активируется при надевании, дезактивируется при снятии.

Артефакт Тиадэро выглядит как татуировка, нанесенная в  виде пентаграммы. Она располагается между шестым шейным и первым грудным позвонками.  Пентаграмма металлического цвета. Вместо красителя в кожу был внедрен металл и определенными магическими свойствами.
Татуировка служит для  призыва остаточной сущности, образованной из некого подобия отрицательных чувств и массива отрицательных инстинктов погибающих и запечатанных антиквэрумов.
За эпизод можно призвать до двух остаточных сущностей. Срабатывает с учетом броска стогранного кубика.

+1

10

Кость хрустнула в зубах Айне, оповещая об окончании трапезы. Присмотревшись к Шейру, она отметила, что он закончил есть и теперь неторопливо избавляется от останков морского змея. Девочка последовала его примеру. Выкидывать кости ей было жаль – в конце концов, в них еще предостаточно сладкого костного мозга – но и тащить с собой столь громоздкие сувениры было нерационально. Ей предстоял долгий путь, и Демон не собиралась об этом забывать.
Значит, Создатель Кошмаров? Звучит лаконично. Много воды утекло с тех пор, как меня окрестили Демоном. Да не простым, а Демоном-Который-Приходит-Когда-Называют-Его-Имя. В бою его упоминают нечасто, зато какой простор для пассажей! — улыбнулась девочка, окуная запястья в соленую воду. Окровавленные руки пугают сильнее витиеватых прозвищ, вот только держать в них кинжалы до ужаса несподручно. — В таком случае, мне следует составить легенду о нашей встрече. Дай-ка подумать… Первородный, ослепленный блеском кристаллов Климбаха. И хитроумная климбатка, сумевшая… Нет, прости, Шейр. Легенды не выйдет. Ведь тогда мне придется обвести тебя вокруг пальца.
Пару мгновений выражение лица Айне излучало скорбь, подобно тому, как Фиринис излучал радиацию. Но вот она с прежней непосредственностью поднимает взгляд на собеседника. «Ну и в бездну легенды, Сату. Только сочинишь свою, так назавтра узнаешь, что какой-нибудь прайдоха уже вовсю рассказывает ее в тавернах десяти зон. Конечно же, от своего имени. Никакого уважения к авторскому праву!», — подумала девочка, чей скорбилус явно считала, что отношение к интеллектуальной собственности – та вещь, о которой сотрапезнику антиквэрума следует волноваться в последнюю очередь.
Ошибаешься, — чуть более серьезно заметила Демон, покачав головой. — Наш фольклор богат. В нем найдется место и героям, и злодеям, и чудовищам, и даже, хе, несчастной любви. До чего же было бы скучно жить, сочти целая планета себя воплощением зла, тьмы и перехода дорог на красный свет. Я бы во второй раз убилась, только бы не слышать бесконечную череду сказок о том, как ужасна и порочна климбатская натура. Неужели вам не надоедает бесконечно себя корить?
Она задумчиво склонила голову набок. Без сомнений, жизнь-после-смерти была полна вещей мрачных, если не леденящих кровь, но по мнению Айне это не было причиной считать себя чудовищем. То ли дело быть убийцей чудовищ, и не важно, принадлежали ли они к климбатам, антиквэрумам или грибным гномам. Сложные философские терзания девочка предпочитала обходить стороной. Когда к твоей шее приставлен кинжал, реальный и метафорический, от них мало толку.
Увлекшись разговорами, Демон не успела среагировать. И вот когтистые лапы уже крепко ухватились за ее подбородок, а змеиные глаза, напоминающие тлеющие угольки, смотрят изучающе. Климбатка сощурилась, вцепилась лапами в шейровы пальцы. Так легко потерять бдительность и попасться. Услышав предложение, Айне опустила руки, смотря на ящера с изрядной долей удивления.
Дерзай. Но не увлекайся. Отсутствие лица редко украшает женщин, — с театральной скромностью предупредила она.
Девочка сидела на месте неподвижно, как фарфоровая статуя, позволяя антиквэруму избавить нижнюю часть ее лица от остатков пищи. В противоположность холодному взгляду и не менее холодной риторике, язык Создателя Кошмаров показался ей теплым, даже горячим. Будто внутри его тела пылала миниатюрная звезда. На секунду Демон задумалась: ощущает ли он радиоактивное тепло ее ауры?
Благодарю за помощь. Теперь мой черед, — кивнула девочка, когда все было закончено. Ее тонкие когти, заостренные эбонитовые пластинки, потянулись к костяным пластинам ящера. Осторожно вынимая застрявшие останки морского змея, Айне не отказала себе в удовольствии провести ладонью по темным чешуйкам антиквэрума, казавшимся особенно завораживающими в сиреневой дымке гигантского светила Климбаха.

0

11

Девочка замерла, стоило древнему коснуться ее узким языком. Казалось, она даже дышать перестала. Впрочем,   она и не протестовала против столь необычной процедуры.
Устроившись  на горячем песке удобнее, Шейр, осторожными, размашистыми движениями языка собирал с ее щек, подбородка и губ остатки крови, мясного сока и кусочков мяса. Он не торопился. И в тоже время старался не причинить ей неудобств.
Когтистые пальцы снова тронули подбородок Айне, мягко понуждая ее чуть повернуть голову, чтобы ему было удобно. Тихое, басовитое урчание, подобно кошачьему мурлыканью, сопровождало каждое движение Первородного.
- Я не причиню тебе вреда, Айне, -  слетело тихое с его губ,  когда он чуть отстранился.
Чуть подавшись к девочке, Локхони невесомыми порхающими прикосновениями узкого, влажного языка очертил овал лица. Язык, дрожа, осторожно скользил по лицу вечного ребенка, отмечая изящный изгиб бровей, острые скулы и гладкий,  высокий лоб, попутно собирая остатки трапезы. Иногда древний замирал, запоминая  поступающую информацию, вылепливая в сознании образ климбата, собирая его по крупинкам в единое целое, добавляя новые детали к уже имеющейся визуальной «картинке». Такие паузы были короткими, не больше мгновения, а потом его язык вновь приходили в движение, продолжая изучать. Прямой нос, с изящными красиво вырезанными ноздрями, узкий подбородок, миндалевидные глаза и аккуратные уши, скрывающиеся под волнистой гривой волос. Шейр улыбнулся, невесомо коснувшись губ и бережно обрисовывая их четкий контур.
- Ты красива, Айне. Твоя красота необычна. Она завораживает своей хищностью. – мурлыкнул  он, отодвинувшись. – И теперь ты чистая.
Пока он умывал девочку, то никак не комментировал ее слова. Лишь отмечал их смысл в памяти, выстраивая цепочки возможных ответов.
- Нет, я никогда не корил себя. Я такой, каким меня создал Демиург. – усмехнулся Шейр, оскалившись. – В какой-то степени даже забавно наблюдать за тем, как обманчива бывает маска, скрывающая мою истинную суть. Большинство не подозревает о том, что имеют дело с чудовищем и насколько близко они находятся от смерти. И порой интересно наблюдать, как неведение сменяется пониманием…
В ответ на предложение девочки, антик лишь склонил голову. Пошевелившись, он сел так, чтобы она могла дотянуться до тех мест, которые следовало очистить. Прикрыв глаза, древний наслаждался прикосновениями когтистых пальцев,  ловко вынимавших застрявшие между чешуек ошметки мяса. Ощущать живое тепло на прохладной чешуе было настолько приятно, что Первородный заурчал от удовольствия, неосознанно подставляясь под   ловкие пальцы Айне.
- Ощущаю, - басовито урча, проговорил Локхони, приоткрывая полночные глаза, в которых плясали багровые искорки. – Прости, ты думаешь слишком громко. Я не мог не услышать твоих мыслей.  Жар, исходящий от твоей ауры приятен. Он согревает меня.
Точно так же антик всем своим существом чувствовал горячий радиоактивный жар Фериниса, стелющийся в пропитанном солью воздухе. Казалось, что его, всегда прохладного, тела касаются горячие невидимые ладони.
Ощутив скользящее движение пальцев, оглаживающих матовые чешуйки, Шейр  заурчал, выгибаясь всем телом, словно большой кот. Повернув голову, он ткнулся мордой в ее ладонь, выпрашивая ласку.
- Не останавливайся…

http://forumfiles.ru/files/0015/14/a0/30822.png
Находится в истинной форме.

Аксессуары

Артефакт Сэберо сделан в виде перстня. Выглядит довольно массивным (впечатление обманчиво), украшен литым узором. Черный камень, вставленный в амулет, обточен в виде кристалла. Руны вплетены в узоры, и кажется почти незаметными.
Маскирует расу от тех, кто может ее ощущать. Эффект может быть самый разнообразный, от полного ее сокрытия до замены на что-то другое. Наложены так называемые «двойные» чары, то есть, заклинание не только меняет расу носителя артефакта, но и маскирует само себя, создавая вокруг артефакта иллюзию обычного украшения.
Артефакт персональный, настроенный только под конкретного владельца. Имеет привязку к владельцу, так что потерять его невозможно. 
Активируется при надевании, дезактивируется при снятии.

Артефакт Тиадэро выглядит как татуировка, нанесенная в  виде пентаграммы. Она располагается между шестым шейным и первым грудным позвонками.  Пентаграмма металлического цвета. Вместо красителя в кожу был внедрен металл и определенными магическими свойствами.
Татуировка служит для  призыва остаточной сущности, образованной из некого подобия отрицательных чувств и массива отрицательных инстинктов погибающих и запечатанных антиквэрумов.
За эпизод можно призвать до двух остаточных сущностей. Срабатывает с учетом броска стогранного кубика.

+1

12

Вскоре с ошметками плоти было покончено. Айне даже залюбовалась: чешуйки антиквэрума походили на множество ограненных обсидиановых камешков, сложенных неведомым мастером в безупречную мозаику. Драконы, змеи и ящеры всегда удостаивались особым вниманием климбатки, но прикоснуться пальцами к гладким пластинкам ей удавалось нечасто. Дикие звери ревностно берегут личностное пространство, а с разумными девочке удавалось поладить редко. Особенно настолько, чтобы хладнокровный знакомый дозволил прикасаться к себе.
Могу сказать то же и про тебя, Просто-Шейр, — ответила Айне, не торопясь убирать ладони от шеи первородного. Она медленно поглаживала его, как большого котиникса, но с куда большим вниманием и пиететом. — Там, во внешнем мире, тебе часто говорят такое? Или в ужасе бросаются прочь, как только видят? Не очень-то верится. Любой мало-мальски умелый маг может дать тебе такую внешность, какую хочешь.
«Красота. Бесполезное-никчемное приобретение. Красотой не сразишь врага, не найдешь пищу, не построишь гнездо. Истинная красота есть сила, — отчетливо проговорила скорбилус в голове девочки, не решаясь пока вступить в диалог напрямую. — К несчастью, пока ослепленный-жаждущий симпатичнее Айне». Демон не могла не согласиться если не со всем, то хотя бы с частью сказанного Сату. В ее мире от смазливой мордашки мало толку, часто она даже создавала проблемы. Только вот признать бесполезность эстетики Айне отказывалась. Слывшая аскетом даже по меркам соплеменников, она нередко не могла устоять перед парой-тройкой неброских украшений, искусным клинком. Или, как сейчас, перед очарованием облика первородного.
Тогда поведай мне о своей чудовищности. Помни, быть сотворенным антиквэрумом не тянет на настоящий грех. Что нужно совершить, чтобы каждый сорвавший маску видел в тебе монстра? — руки климбатки коснулись того места, где начинались ветвистые рога Шейра. Взгляд алых глаз Айне встретился с взглядом таких же алых глаз антиквэрума.
Она знала, что в эту секунду все может закончится. Стоит Создателю Кошмаров произнести правду – или ложь во благо? – и идеалистический союз двух охотников закончится. Возможно, минуту спустя бритвенные зубы первородного отделят голову от ее тела. Или девочке улыбнется невиданная удача и она, как бесчисленное число раз, едва держась на ногах, запечатлеет в памяти предсмертный крик могущественного врага. Ничего не изменить, Шейр всегда будет тем, кто он есть, а Айне никогда не отступится от данной клятвы.
И все же климбатке отчаянно хотелось верить, что слова того, в чьи глаза она заглядывала без страха и подлинной ненависти, будут иными.
Правда? Мне следует быть осторожнее в желаниях, — улыбнулась Айне, дотрагиваясь кончиком пальцев до костяного рога. — На самом деле наше солнце теплое. Ты один из немногих, кто может ощутить его жар.
Лиловый гигант все так же согревал песок радиоактивным теплом. Подхваченная ветром волна обрушилась на островок, подмочив ноги Демона и хвост Шейра. А на горизонте сиял Фиринис, чью непоколебимую стать не тревожили ни волны, ни переменчивость светила, ни надежды тех, кто переговаривался далеко внизу.

+1

13

Шейр повернул голову, чтобы девочке было удобнее. Осторожные прикосновения к прохладной, напоминающей нежный бархат чешуе завораживали. Маленькие  пальчики любовно скользили по  тонким граням, обводя контуры каждой чешуйки. Прикрыв глаза древний тихо заурчал. Ему были приятны эти прикосновения.
Хищная красота, смертоносная в своем  безупречном совершенстве. Антик мурлыкал, позволяя ладошкам Айне скользить по своему телу.
- Редко. – отозвался Локхони, наклоняя голову, чтобы  Айне могла дотянуться до рогов. – Тех, кто видел меня таким можно пересчитать по пальцам одной руки. И еще останутся свободные. И никто из них не сможет более рассказать об этом.
Он фыркнул, обдав девочку прохладным дыханием. Приподнялся, заглядывая в ее алые глаза.
- Мне не нужна помощь магов, Айне. – узкий язык скользнул по губам, облизывая их. – Антикам дана возможность изменять свой облик. Большую часть жизни я провел в этом облике.
Марево иллюзии подернуло воздух. Изображение ширилось, становилось четче и детальней. И вот уже перед девочкой стоит высокий худощавый мужчина с длинными, заплетенными во множество косичек волосами в строгом деловом костюме.
«Верно. Красота столь же эфемерна как и эмоции. Она не дает ничего из названного тобой.» - мыслеречь древнего была адресована скорбилусу. – «Но и сила не всегда бывает красива. Порой сила – это грубость, грязь и мерзость.»
Он выжидательно замер. Ему было тепло. Жар радиации, исходивший от сияющего Фириниса согревал первородного, наполняя его стылое тело мягким теплом. Огромное крыло дрогнуло, разворачиваясь и натягивая тонкую перепонку. Антик заворчал, ощутив ласкающее тепло на поверхности крыла.
- Всего лишь забрать жизнь, Айне. – хмыкнул Шейр, - или угрожать ей. Тогда о красоте забываешь. И видишь перед собой только голодное чудовище, клацающее зубами. Разумные часто боятся того, чего не понимают. Причем это характерно практически для всех рас, населяющих Энтерос.
Шорох морской волны по песку, мягкие прикосновения влажных рук, коснувшихся хвостов. Антикверум пошевелился, переползая ближе к воде. Теперь волны касались не только хвостов, но и лап первородного. Он встряхнулся, растянувшись на влажном песке и распахнув крылья, одно из которых все так же улавливало жаркое тепло радиации, другое же принимало ласку морских волн. 
- Да, ваше солнце теплое. – кивнул он, наклоняя голову. – Мне приятен его жар. – он перевел на девочку задумчивый взгляд. – Ты напоминаешь мне мою дочь, Айне.
Когтистые пальцы скользнули по лицу климбатки, очерчивая безупречную линию скул и подбородка. Чуть задержались на шее, коснувшись пульсирующей жилки, и скользнули вниз, невесомыми прикосновениями касаясь косточек ключиц.
- Смертоносное совершенство…
«Оно завораживает меня…»

http://forumfiles.ru/files/0015/14/a0/30822.png
Находится в истинной форме.

Аксессуары

Артефакт Сэберо сделан в виде перстня. Выглядит довольно массивным (впечатление обманчиво), украшен литым узором. Черный камень, вставленный в амулет, обточен в виде кристалла. Руны вплетены в узоры, и кажется почти незаметными.
Маскирует расу от тех, кто может ее ощущать. Эффект может быть самый разнообразный, от полного ее сокрытия до замены на что-то другое. Наложены так называемые «двойные» чары, то есть, заклинание не только меняет расу носителя артефакта, но и маскирует само себя, создавая вокруг артефакта иллюзию обычного украшения.
Артефакт персональный, настроенный только под конкретного владельца. Имеет привязку к владельцу, так что потерять его невозможно. 
Активируется при надевании, дезактивируется при снятии.

Артефакт Тиадэро выглядит как татуировка, нанесенная в  виде пентаграммы. Она располагается между шестым шейным и первым грудным позвонками.  Пентаграмма металлического цвета. Вместо красителя в кожу был внедрен металл и определенными магическими свойствами.
Татуировка служит для  призыва остаточной сущности, образованной из некого подобия отрицательных чувств и массива отрицательных инстинктов погибающих и запечатанных антиквэрумов.
За эпизод можно призвать до двух остаточных сущностей. Срабатывает с учетом броска стогранного кубика.

Отредактировано Шейр Локхони (04.02.2019 15:41:45)

+2

14

Всего-то? — Айне звонко рассмеялась, с любопытством взирая на Шейра снизу вверх. — Отобрать жизнь можно по-разному. В убийстве того, кто пытался убить тебя, нет вины. Как и в убийстве, обокравшего тебя. Не важно, послужили ли предметом спора драгоценный камень или свобода. Убийство, произведенное – как там говорят в большом мире? – в состоянии аффекта, конечно заслуживает наказания, но при должном старании и его можно искупить.
Она касалась пальцами черных чешуек антиквэрума и каждую рассматривала так, словно надеялась запечатлеть в памяти. Происходящее до невероятного напоминало популярные в Энтеросе магические кристаллы, при прикосновении отправляющие владельца в тщательно воссозданное воспоминание. Жгучее солнце, запах соли и бушующие волны вокруг островка спокойствия вводили Айне в некое подобие медитативного транса. Впервые за время отбытия с острова Диарер и начала своей лихорадочной вендетты, она чувствовала… не то чтобы полную безопасность, но душевную беспечность. Вернувшись взглядом к мурлычущему Шейру, девочка поняла, что он ощущает нечто похожее.
«Предвзятость, — Сату в предназначенном для антиквэрума телепатическом послании обладала низким женским голосом. Она звучала прерывчато и хаотично, произнося одни слова как обрубленные предложения, а другие сливая воедино. — Вот гниющий-мертвый зверь, титан лесов. Личинки копошатся в серой плоти. Мерзость-для-вас и пир-для-нас. Вот кладка склизких яиц в полуразложившемся трупе. Для вас уродство, для нас рождение и праздник жизни. Сила-стать не имеет формы красоты. А противоестественная сила есть слабость».
С улыбкой ребенка Айне наблюдала за тем, как Шейр устраивается поудобнее, раскинув крылья. «Терморегуляция!», — ей вспомнились рассказы Инфирмукса о том, что некоторые живые существа широкие лопасти для того, чтобы не допускать перегрева. Вот и новый знакомый создал самодельную систему теплоприема и теплоотдачи, предоставив одному крылу чувствовать жар солнца, а другому – морскую прохладу. Следуя за ним, климбатка подползла поближе к воде.
Готова поспорить, не уступает тебе в стати. И в силе, если уж на то пошло. Жизнь дитя первородного не сильно проще нашей, — произнесла она, набирая воду в собранные «чашей» ладони. Констатация факта, но не жалость: Айне не сомневалась, что дочь Шейра не нуждалась в последнем. — Надо искупаться. Иначе рога совсем расплавятся.
Быстрым движением девочка сбросила сапог сначала с левой, затем с правой ноги. Следом за ними последовали куртка и алый плащ. Подмигнув антиквэруму, она с разбегу бросилась в пурпурно-синюю морскую пучину, с головой исчезая под водой. Огромные волны могли бы стать препятствием для любого даже самого умелого пловца. Климбатку они только раззадоривались. Наконец, вернувшись к самой кромке берега, Айне негромко проговорила:
Шейр, какой была твоя дочь?
Она представила себе девушку, застывшую на той почти неуловимой грани, где девочка-подросток становится молодой женщиной. С такими же черными волосами, какие имел антиквэрум в его гуманоидном облике, с глазами, похожими на холодные угольки и змеиными повадками, преисполненными хищной элегантности. Похожая на ее саму настолько же, насколько непохожая. Если Айне была светом пылающего солнца, то дочь Шейра должна олицетворять свечение радиоактивных кристаллов климбаха. Совершенное для способного ценить истинную красоту. И смертоносное для того, кто окажется недостаточно силен.

Отредактировано Айне (13.02.2019 19:30:59)

+1

15

- Верно, - согласился древний, прикрывая глаза и издавая громкое урчание. Прикосновения тонких пальчиков к прохладной чешуе были приятны и вводили его в состояние умиротворенного транса. – Любое убийство всегда можно оправдать теми или иными обстоятельствами.  Страх, подлость, защита. Или же жадность. Любое из этих чувств может послужить причиной убийства. И любое из них так же может служить оправданием действий убийцы. В его понимании, разумеется.
Он склонил голову, подставляя закрученные спиралью рога под ладошки Айне и откровенно выпрашивая ласку. Волосы шелковой волной стекли с плеча, с тихим шелестом плюхнувшись в соленую воду. Древний лишь усмехнулся, прижмуривая  глаза, и продолжая мурлыкать.  Огромное крыло, до этого обласканное смертельны  жаром радиации Климбаха, мягко опустилось в морскую волну, другое же, усыпанное россыпями хрустальных капель поднялось,  натягивая перепонку меж  гибких «пальцев», подставляясь под невидимое смертоносное  излучение.
- Но ни одна из названных мной причин, не может служить оправданием для цивилизованного общества, в понимании которого любое убийство заслуживает наказания. – в бархатно-урчащем голосе Локхони сквозило презрение. – Людишки… слишком ограниченные и закостеневшие в своем цивилизованном мире и не способные понять.
Сам Первородный был далек от тех условностей что накладывала цивилизация. Даже прожив всю свою сознательную жизнь среди них, он не утратил своих инстинктов и той  звериной сущности, которая была заложена в антикверумах Демиургом. Он был зверем, каннибалом, безжалостно пожирающим себе подобных, слишком слабых, чтобы оказать ему сопротивление.
«Возможно, - не стал спорить Шейр, вслушиваясь рублено-сплавленные слова скорбилуса. – Высокоцивилизованное общество и посчитает все названное тобой мерзостью, но только не я. И хотя я предпочитаю все же свежее, только что добытое  мясо, но  не откажусь и от склизких яиц, червей и личинок, копошащихся в падали, как и от самой падали, если в этом возникнет нужда.
Ты права. Сила не имеет формы красоты. И все же она порою прекрасна и завораживающа. Она совершенна в своей дикости и необузданности».
Айне зашевелилась, скользнув ближе к воде. Шейр, приоткрыв глаза повернул голвоу наблюдая за девочкой. Журчание соленой воды, стекающей между ее когтистых пальцев переливалось хрустальными бликами.
- Нет. Не уступает. Ни в том, ни в другом. – усмешка скользнула по безгубому рту, приоткрывая кончики клыков. – Она совершенна. И столь же прекрасна, как хрупкая бабочка, распахнувшая узорчатые крылья навстречу теплым солнечным лучам.
«Хрупкая бабочка с мерзким характером. Безжалостная тварь, такая же, как и я сам. Но я люблю ее. И жизнь моя теряет смысл, когда ее нет рядом.»
Эти мысли остались за плотной завесой ментальных щитов, укрывающих разум древнего от сканирования. Он не хотел ими делиться. Это было слишком… слишком личное. Слишком интимное и драгоценное.
Жар радиации опалял кожу. Локхони завозился.  Медленно поднимаясь с  влажного песка. Склонив голову к плечу он с мягкой улыбкой наблюдал за разоблачением  Айне. И как только она скользнула в бушующие волны, резким, стремительным движением послал свое тело в длинный прыжок вперед и вверх. Распахнулись крылья, ловя восходящие потоки обжигающего воздуха. Антик поднимался вверх, размеренно взмахивая крыльями.
Выше. Еще выше. Достигнув необходимой высоты, он сложил крылья и рухнул в море, подняв тучу брызг. Соленая  вода охладила разгоряченную чешую, лаская гибкое тело. Спустя несколько минут он выметнулся из воды в облаке прозрачных искр, взлетел, чтобы  спустя мгновение вновь плюхнуться в воду.  И так несколько раз, пока не ощутил, что жар ушел из тела, сменившись привычной прохладой.
- Какой была моя дочь… - задумчиво повторил Шейр, опускаясь на песок рядом с климбаткой и растягиваясь в полосе прибоя. – Она совершенна. Смотри.
Четкая, очень детальная картинка-иллюзия выкристаллизовалась  из жаркого марева радиоактивного излучения. Это была хрупкая, изящная девочка, уже перешагнувшая порог детства, но еще не достигшая момента, когда юная девушка превращается в статную  женщину. Хрупкость и изящество. Трогательная невинность в бездонных, бирюзовых глазах. Нежный шелк волос, спадающих на плечи. И властная сила, сквозившая в каждом жесте девушки ребенка. Она покоряла, излучая столь же удушающе-мощную энергетику, какая исходила от самого Шейра.
Хрупкая, красивая бабочка снаружи.
Незнающая жалости тварь, скрывающаяся  за покровом невинности.
Она обещала.
Всеоблемлющую любовь и мучительную смерть.
Она покоряла.

http://forumfiles.ru/files/0015/14/a0/30822.png
Находится в истинной форме.

Аксессуары

Артефакт Сэберо сделан в виде перстня. Выглядит довольно массивным (впечатление обманчиво), украшен литым узором. Черный камень, вставленный в амулет, обточен в виде кристалла. Руны вплетены в узоры, и кажется почти незаметными.
Маскирует расу от тех, кто может ее ощущать. Эффект может быть самый разнообразный, от полного ее сокрытия до замены на что-то другое. Наложены так называемые «двойные» чары, то есть, заклинание не только меняет расу носителя артефакта, но и маскирует само себя, создавая вокруг артефакта иллюзию обычного украшения.
Артефакт персональный, настроенный только под конкретного владельца. Имеет привязку к владельцу, так что потерять его невозможно. 
Активируется при надевании, дезактивируется при снятии.

Артефакт Тиадэро выглядит как татуировка, нанесенная в  виде пентаграммы. Она располагается между шестым шейным и первым грудным позвонками.  Пентаграмма металлического цвета. Вместо красителя в кожу был внедрен металл и определенными магическими свойствами.
Татуировка служит для  призыва остаточной сущности, образованной из некого подобия отрицательных чувств и массива отрицательных инстинктов погибающих и запечатанных антиквэрумов.
За эпизод можно призвать до двух остаточных сущностей. Срабатывает с учетом броска стогранного кубика.

+2

16

Айне держалась на плаву. Ледяная вода обжигала кожу, а бушующие волны так и норовили утянуть климбатку вниз. Иногда ее увенчанная рогами макушка исчезала под водной гладью. Но пару мгновений спустя одержавшая временную победу над течением Айне оказывалась над кромкой воды снова. Когда Шейр торпедой ринулся в темно-синюю бездну, ей в голову пришла мысль, что море Вардер можно рассматривать как метафору жизни. Волны судьбы так и норовят утянуть на глубокое каменистое дно, и синхронно двигать руками и ногами, отплевываясь от саднящей горло соли – единственный шанс воспротивиться им.
Красивый трюк, — кивнула Демон, когда антиквэрум вдоль наигрался и теперь неспешно плыл рядом с ней. Чудом сохраняя равновесие, климбатка откинулась на спину, бросив задумчивый взгляд сначала на Шейра, затем на солнце Климбаха, покинувшее центральную точку небес и начавшее свой долгий путь на запад. — Не понимаю. В моей зоне… месте, где я живу, убивший убийцу получает почет и уважение, а каждый вор знает, что может лишиться головы. Рог за рог, зуб за зуб – истина верная для всех времен и всех миров. Ты, Шейр, говоришь, что видел иное? Однажды во внешнем мире мне встретился законник. Он охотился за рабовладельческой падалью, которой я вскрыла горло. Я спросила: не окажись меня здесь, пережил бы подсудимый эту ночь, даже если бы шишки из коалиции приказали. Нет, сказал он. Выходит, законник лгал?
Соль и кровь, холод и жар, красота и уродство – Айне не сомневалась, что запомнит этот день. И пусть десятки лет спустя его образ лишится красок и померкнет, как источенный волнами камень, девочка не жалела о том, что сделала небольшую остановку. Она не считала себя тем, кто способен сделать точные выводы о Шейре – едва ли всех прожитых климбаткой годов хватит, чтобы до конца понять его. Но несмотря на это, чувствовала их родство. И дело было вовсе не в монструозности облика, мнения общества или запутанности мышления – нет. Они оба не играли по правилам этого мира, железно придерживаясь своих собственных.
Девочка перебирала в руках прибрежный песок, казавшийся в свете Сангунума мельчайшими жемчужинами, когда иллюзия появилась перед ней. О, Айне знала этот взгляд, знала лучше, чем кто бы то ни было. Так смотрели климбатские правительницы, чарующие ведьмы, созерцавшие миллионы дней и миллионы ночей, что навсегда сокрыты в невинных, кристально чистых глазах. «Взгляд ребенка, тело женщины, душа старухи, — Демону показалось, что она смотрит на собственную противоположность через кривое зеркало. — Интересный вышел бы бой. Думаешь, приняла бы вызов?». «Не примет вызов, — Сату звучала непривычно задумчиво. — Не твой бой. Бой ослепленного-жаждущего».
Совершенна… Нет, — Айне резко мотнула головой, усаживаясь на мелководье. — Совершенство – это смерть, вот что я тебе скажу, Создатель Кошмаров. Неподвижность и пустота, вечность и постоянство. Наши кристаллы несовершенны. Присмотрись, они горят, пылают внутри. Часть друзы откалывается, на ее месте появляется новая, не такая, как прежняя. Изменчивость, вот свойство мира. И лучше бы оно было заложено в твое дитя, иначе совершенство окажется ее слабостью. Самой смертоносной.
Климбатка поднялась на ноги. Капли воды стекали по ее бледной коже, падая на раскаленный песок. Надела на ноги сначала один сапог, затем второй, привычным движением накинула плащ, а куртку повязала вокруг талии куртку. Посмотрела на Шейра и заговорила в тот момент, когда должна была исчезнуть, унесясь в фиолетовые небеса на перьевых крыльях.
Есть кое-кто, кто дорог мне. Мы не семья, хотя иногда кажется обратное. Многие завидуют его силе, многие могут счесть совершенным. И неизменность – его болезнь, и я ищу лекарство, которого вполне возможно не существует и никогда не существовало. Не позволяй своей дочери захворать. Иначе окончательно перестанешь понимать, кто здесь чудовище, а кто лишь кажется им, — все слова Демон произнесла серьезным тоном. А после – улыбнулась, искренне и чисто, во все тридцать два острейших зуба. И далеко не самых совершенных.

+2

17

Древний усмехнулся.
Да, в диком мире, куда не дотянулись жадные и скверные лапы цивилизации разумные жили именно по таким законам.  Преступление, любое преступление вне зависимости от причин и мотивов, которые двигали преступником, должно быть наказано. И оно каралось, безжалостно и неотвратимо.
Законы цивилизации требовали суда над преступником и уже  после него наказания.  Но порой…  суд оправдывал совершившего преступление и отпускал на свободу, не замечая гнева тех, кто пострадал от его руки.
Законы.  Они должны исполняться одними, и попираются другими.  Так всегда было, есть и будет.  И даже через десятки миллионов лет ничего не изменится.
- Нет. Законник не лгал. -  древний качнул рогатой головой и пропитанные соленой водой пряди волос качнулись в такт движению. – А рабовладелец  действительно  едва ли пережил бы ночь, даже не окажись  на его пути тебя.  И хотя закон  обязывает  его передать преступника властям для суда, в большинстве случаев та же Коалиция рас  смотрит сквозь пальцы на то, что рабовладелец часто лишается головы  до начала суда.
Он пожал плечами, удобнее устраиваясь на мелководье и расправляя крылья, чтобы их просушить.
- Я видел многое, Айне, так же как многое видела ты. – антик прикрыл глаза, наслаждаясь горячим теплом Мертвой планеты. – Цивилизованный мир несовершенен и подвержен страстям, как и любое живое существо в Энтеросе. Только в этом случае миром правят жадность, лицемерие и сила. Так тоже было всегда. Ничего не изменилось в мире.
Иллюзия светилась мягким светом, придавая хрупкой  девочке таинственного очарования.
Абсолем. Крохотная бабочка, не больше  фаланги пальца. Красивая и ужасная одновременно.
Никто ее знал, что скрыто под оболочкой  красивой девочки, что сейчас смотрела на Айне огромными бирюзовыми глазами почти материальной иллюзии.
Тварь.
Безжалостная и пустая.
Невероятно могущественная и одновременно столь же невероятно слабая.
Слишком хрупкая. Он мог раздавить ее одним движением острозаточенного когтя.
Мог. И она знала об этом.
И точно так же он одним движением руки оборвать все нити, которые связывали ее с сотнями таких же крохотных ,как и она сама мотыльков,  рассеянных по всему Энтеросу.
И она тоже об этом знала.
Маленькая тварь,  жаждущая сожрать все, до чего могла дотянуться.
- Нет, Айне. – покачал головой Локхони, поднимаясь. – Смерть не является совершенством. Так же как не являются им ни пустота, ни вечность. В постоянстве нет совершенства. Оно ничто. Точно так же как и неподвижность. – он снова покачал головой. Усмехнулся, искривив губы в  печальной усмешке. – Ни я, ни ты не способны изменяться. Мы закостенели в своей неподвижности. Мир изменяется, а мы - нет. И через сотню, тысячу или же миллион лет мы будем такими же.  Красивыми, безупречными и равнодушными. Нам не к чему стремиться. И нечего защищать. – он вздохнул, прикрывая глаза. - Моя империя… не стоит ничего, Айне. Но она… - острый коготь указал на сверкающую картинку девочки. – Она дороже всего, что у меня есть. И я уничтожу любого, кто посмеет причинить ей вред. – наполненный клубящейся тьмой взгляд впились в лицо  девочки-монстра. – Любого, Айне. Будь то враг или же друг.
Едва уловимый жест и иллюзия развеялась, растворившись в вязком мареве радиоактивного излучения.
«Потому что только ее жизнь важна для меня. И только она может дать мне то, что я жажду. Я люблю ее.»
И эта любовь чудовищна в своей безнадежности.
И безжалостна
Шейр вскинул голову, прищуривая глаза и провожая взглядом клонящееся к западу светило.
- Я постараюсь, Айне. – улыбнулся он в ответ. – Я постараюсь.
Огромные крылья распахнулись. Древний  длинными стелющимися прыжками помчался по  песку. Поджарое тело взметнулось вверх в мощном прыжке. Крылья поймали восходящий поток соленого воздуха, и вот уже антик стремительно поднимается ввысь, туда, где на орбите его ждал корабль.
- «До новой встречи, Айне…»
Голодный зев перехода.
Глухой хлопок, когда портал схлопнулся, поглотив первородного.

http://forumfiles.ru/files/0015/14/a0/30822.png
Находится в истинной форме.

Аксессуары

Артефакт Сэберо сделан в виде перстня. Выглядит довольно массивным (впечатление обманчиво), украшен литым узором. Черный камень, вставленный в амулет, обточен в виде кристалла. Руны вплетены в узоры, и кажется почти незаметными.
Маскирует расу от тех, кто может ее ощущать. Эффект может быть самый разнообразный, от полного ее сокрытия до замены на что-то другое. Наложены так называемые «двойные» чары, то есть, заклинание не только меняет расу носителя артефакта, но и маскирует само себя, создавая вокруг артефакта иллюзию обычного украшения.
Артефакт персональный, настроенный только под конкретного владельца. Имеет привязку к владельцу, так что потерять его невозможно. 
Активируется при надевании, дезактивируется при снятии.

Артефакт Тиадэро выглядит как татуировка, нанесенная в  виде пентаграммы. Она располагается между шестым шейным и первым грудным позвонками.  Пентаграмма металлического цвета. Вместо красителя в кожу был внедрен металл и определенными магическими свойствами.
Татуировка служит для  призыва остаточной сущности, образованной из некого подобия отрицательных чувств и массива отрицательных инстинктов погибающих и запечатанных антиквэрумов.
За эпизод можно призвать до двух остаточных сущностей. Срабатывает с учетом броска стогранного кубика.

ЭПИЗОД ЗАВЕРШЕН

+2


Вы здесь » Энтерос » Былые повествования и приключения » Смертоносное совершенство